СМОТРЕТЬ НА ДВА ШАГА ВПЕРЕД

   Профессия сталевара (электропечи) — одна из основных профессий в современном сталеплавильном производстве. В нашей стране специалисты такого профиля работают только на Белорусском металлургическом заводе. Их немного — всего около 30 человек. Это традиционно мужская профессия, женщин в ней не бывает.
   Мы продолжаем наш проект «Профессия крупным планом», в котором подробно расскажем о всех нюансах этой интересной и важной работы.

   Процесс выплавки стали в дуговых печах — далеко не простой, как может показаться на первый взгляд. Несмотря на автоматический режим работы, требуется постоянный контроль за ходом плавки: завалка, потом подвалка, отбор проб металла, замер температуры, слив жидкой стали, добавление ферросплавов — все необходимо контролировать. Работать приходится в экстремальных условиях. Температура расплавленного метала — больше тысячи градусов. Между тем, работа очень интересная, но остаются в ней только самые сильные. Для профессии сталевара важны такие качества, как ответственность, внимательность, организованность, физическая выносливость, умение просчитывать ситуацию и смотреть на два шага вперед. Именно такие люди работают сталеварами на Белорусском металлургическом заводе.
   Наш собеседник — сталевар ДСП-2 Максим Дерябин — работает на БМЗ с 2010 года, а сталеваром трудится последние пять лет. Он озвучил свой взгляд на эту профессию.
   — Чтобы стать высококвалифицированным специалистом-сталеваром, необходимо сначала поработать подручным сталевара. Этот период у каждого человека занимает разное время. Но за год, к примеру, все навыки освоить невозможно. Требуется гораздо большее время. Я, прежде чем стать сталеваром, 13 лет отработал подручным. Но бывает по-разному, — говорит Максим Дерябин, который прошел все ступеньки, начиная от третьего подручного сталевара. — Когда стал первым подручным, начал подменять сталевара. Свою первую самостоятельную плавку помню очень хорошо. Пришел на смену, а сталевар заболел, и мне сказали: «Сегодня ты будешь вести плавку». Конечно, волновался сильно. Дело в том, что за спиной сталевара кажется все легко. А когда сам начинаешь управлять, боишься, чтобы чего-то не упустить. Здесь много нюансов. Каждая марка стали по-своему варится, хотя алгоритм один и тот же — завалка, подвалка, слив жидкой стали в ковш. Но надо слышать печь. И не просто слышать, а еще понимать ее. Поэтому плавки одна на другую не похожи, — рассуждает сталевар, не отрывая взгляда от мониторов 
   В это время языки пламени из печи резко рванули вверх, сразу усилился гул, к нему добавился грохот. «Вторую корзину кинули. Зашихтовали 120 тонн в печь. Пошел расплав», — комментирует Максим Дерябин. — На мониторах, а их у сталевара два, множество цифр. Прошу рассказать, что они означают.
   — На этом, который слева, газокислородные технологии, а здесь — управление непосредственно печью, — показывает на второй. — Вот я набираю в бункер ферросплавы (на мониторе он выглядит как зеленая корзина). В данный момент это силикомарганец (сталевар в этот момент держит руку на компьютерной мышке). Потом, когда плавка будет сливаться, он поступит в жидкий металл, чтобы добиться необходимых свойств стали. В зависимости от марки стали добавляем различные ферросплавы.
   Но управление процессом с помощью компьютера — это лишь видимая часть работы сталевара. Его рабочее место не только на пульте управления, но и у печи, если того требует ситуация. К примеру, сталевар после завершения плавки идет сливать плавку, осматривает футеровку. Эта работа происходит непосредственно возле печи, температура металла в которой более тысячи градусов.
   — После каждой плавки осматриваю футеровку, — говорит сталевар. — Вдруг, допустим, вода появится из водоохлаждаемых панелей, или потребуется устранение какой-то другой нештатной ситуации. Я должен все сам посмотреть, чтобы принять решение, вызвать ремонтную службу. Если необходима подварка (другими словами, ремонт изношенной футеровки после определенного количества плавок), мы ремонтируем по-горячему, — уточняет сталевар. — Без помощников мне не обойтись. Вместе со мной работают опытные подручные — П.В. Чубуков (1-й подручный), С.В.Рябцев (2-й подручный), Д.В. Янковский (2-й подручный), Ю.А. Федорцов (2-й подручный), К.И. Тремасов (3-й подручный). У каждого из них свои обязанности.
   …К этому времени плавка завершилась. Гул затих. Подручные быстро занимают свои места у печи. Один из них измеряет температуру металла, второй осаживает шлаковую чашу, а первый уже открывает эркер. Через мгновение ярко-красный поток устремляется в стальковш.
   — Первая тонна пошла, — говорит Максим Дерябин. — Металл машинист крана передаст на печь-ковш для его дальнейшей обработки.
   Слив происходит быстро. Пультовщик возвращает печь в обычное состояние. И сразу же туда загружается новая порция шихты, погружаются электроды, сталевар снова включает печь. И снова я вижу сосредоточенный взгляд на мониторы. Спрашиваю напоследок, нравится ли Максиму его работа?
   — Если бы не нравилась, я бы ушел. — говорит он. — А раз работаю, значит нравится. Может и привычка. Мне кажется, что на более спокойной работе я уже не смогу. Или надо будет долго к ней привыкать. А тут постоянно весь во внимании, напряжение всю смену. С людьми работаю: с крановщиком, подручными, пультовщиком, и с металлом — тоже. Нет, не жалею о своем выборе.

Марина БОЖИНСКАЯ.
Фото Аркадия ШЕВЧЕНКО.

Профессиональная лексика сталевара:
Болото — остатки расплавленного металла в печи после слива плавки
Фаза — электрод
Капитанский мостик —лестница подъма на портал печи

Язык жестов:
Если сталевар поднял руку указательным пальцем вверх, значит он просит подручного сделать замер температуры металла. Если два пальца вверху, нужен замер с содержанием углерода.